Психологи реабилитируют ЛСД Мы недооцениваем выгоду, которую могут принести галлюциногенные препараты, и преувеличиваем их опасность для психики и здоровья. Что изменяется сейчас в нашем отношении к сиим веществам? Юрий Зубцов
«Употребление галлюциногенных препаратов не оказывает негативного воздействия на психическое здоровье», – таков основной вывод самого масштабного за почти все годы исследования на эту острую тему. Психологи Университета Трондхейма(Норвегия)Пол-Еран Йохансен(Pal-?rjan Johansen)и Тери Кребс(Teri Suzanne Krebs)выучили данные о здоровье 130 тыщ взрослых американцев, 19 тыщ из которых употребляли в различное время так именуемые «психоделические» препараты, включая ЛСД и псилоцибин – активное вещество, содержащееся в «волшебных грибах». И не отыскали никакой связи меж их употреблением и состоянием психического здоровья(1). Впервые на настолько широком мат-ле доказано то, о чем издавна разговаривают почти все психологи во всем мире: опасность психоделиков для здоровья сильно преувеличена. Что, вообщем, не значит, что их необходимо вполне вывести из-под запрета и бесконтрольно употреблять всем подряд.
Обостренное восприятие
ЛСД(диэтиламид d-лизергиновой кислоты)в первый разов синтезировал в 1938 году швейцарский химик Альберт Хофман(Albert Hofmann). Он же в 1958 году первым получил незапятнанный псилоцибин. Эти и схожие им вещества оказывают кратковременное, но мощное действие на психику. Не вызывая привыкания, они способны провоцировать обострение восприятия цветов, ароматов и вкусов, искажение пропорций окружающих предметов, чувство замедления или ускорения хода медли, «растворения себя в пространстве» и галлюцинации. Вот, к примеру, как обрисовал действие ЛСД Станислав Гроф, которого конкретно опыты с психоделиками подтолкнули к исследованию модифицированных состояний сознания, а потом и к творению способа холотропного дыхания: «Вдруг я ощутил, что вылетел из собственного тела, как словно мое сознание улетело прямо в космос, через галактики и темные дыры, все более расширяясь. Мне казалось, что я соеденился воедино со всем сущим, оказался снутри физической Вселенной. Я ощутил эмоции таковой силы, которую до этого не мог себе представить. Затем мое сознание вроде бы «сузилось», покружилось вокруг моего тела и, в конце концов, возвратилось в него».
Некоторое время даже числилось, что эффекты, вызываемые ЛСД, имеют ту же природу, что и нарушения психики вследствие шизофрении, и вещество может употребляться для понимания обстоятельств хвори и полного ее исцеления. Гипотеза на подтвердилась, но психоделики продолжали вызывать самый пристальный энтузиазм ученых. С конца 1940-х и до середины 1960-х годов в академических научных журнальчиках было опубликовано более тыщи статей, исследовавших эффекты приема ЛСД на базе экспериментов с ролью в общей трудности 40 тыщ человек. И результаты этих исследований дозволяли почти всем влиятельным психологам созидать в психоделиках ежели не панацею, то суровое подспорье в борьбе со почти всеми психическими неуввязками.
Часть контркультуры
Однако сначала 1970-х внедрение психоделических препаратов было фактически вполне воспрещено. Популярность ЛСД и сходственных веществ привела к их прыткому распространению и массовому бесконтрольному употреблению. Нередки были ситуации, когда человек, к примеру, ощутив себя опосля приема ЛСД птицей, вылетал в окно с 10 этажа. Но почти все исследователи считают, что дело не совсем лишь и даже не столько в этом. Психоделики были главной долею той молодежной контркультуры 60-х, которая породила сильные социальные протесты и всерьез грозила незыблемости власти во почти всех развитых странах. И, выводя психоделики за рамки закона, власть объявляла преступными и сами протесты.
Такой точки зрения держится, к примеру знаменитый психолог и философ Клаудио Наранхо(Claudio Naranjo): «Война, объявленная наркотикам, была частично методом дискредитировать восстающую молодежь. Но этот же ЛСД, к примеру, возник как лечебный продукт, внедрение которого раскрывало новейшие горизонты в психотерапии. Злоупотребления наркотиками, вправду имевшие место в 1960-е годы, были, мне кажется, вызваны тем, что на Западе не было культуры их потребления, не было верховодил и легальных каналов их получения. Мне как разов виделось бы чрезвычайно занимательным творение школы, где психотерапевты обучались бы у тех же краснокожих использованию разных веществ с целью внедрения их в терапии».
Вне закона
Так или по другому, психоделики были объявлены вне закона и воспрещены во множистве государств. Конвенция ООН по психотропным веществам 1971 года включила их в так именуемый Список-1, куда отнесены более опасные препараты. Интересно, что таковой наркотик как героин попал при всем этом в более «мягкий» Список-2. Исследования психоделических препаратов и опыты с ними оказались фактически невероятны. Они или воспрещены вообщем или требуют титанических усилий по получению всех мыслимых разрешений и согласий. Эта бюрократическая борьба может занимать годы, и ученым просто жалко расходовать на нее время и силы.
Тем не наименее исследователи-энтузиасты продолжают борьбу за реабилитацию психоделиков. Уже упомянутые Пол-Еран Йохансен и Тери Кребс в 2012 году выпустили статью о использовании ЛСД в лечении алкоголизма(2). А ученые Университета Джона Хопкинса(США)применили псилоцибин в борьбе с никотиновой зависимостью(3). И через год опосля проведенного ними курса исцеления 80 процентов соучастников исследования продолжали удерживаться от курения. Показатель умопомрачительный, ежели учитывать, что для имеющихся сейчас антиникотиновых препаратов и 35 процентов числятся чрезвычайно высочайшим результатом.
Кому они могут посодействовать?
Борьба с зависимостями – далековато не единственная область вероятного внедрения психоделиков. Есть доказательства их действенного внедрения в качестве антидепрессантов. Британские исследователи Дэвид Натт(David Nutt)и Робин Кархарт-Харрис(Robin Carhart-Harris)теснее проявили с поддержкою магнитно-резонансной томографии, что прием псилоцибина активирует в мозге фактически те же области, что и самые современные лекарства против депрессии. В этом году Натт и Кархарт-Харрис запускают клиническое исследование, в рамках которого псилоцибин будет применен для борьбы с депрессией у пациентов, которым не удалось посодействовать иными продуктами(4).
Спектр исследований мог бы быть веско шире – ежели бы не препятствия, о которых теснее сказано. Возможно, результаты Пола-Ерана Йохансена и Тери Кребс подтолкнут сообщество к пересмотру собственной точки зрения на психоделики. Тем более что либерализация дела к так именуемым «легким наркотикам» в заключительные годы налицо: к примеру, теснее в 20 штатах США сейчас разрешено употребление марихуаны «в мед целях». И нельзя исключать, что ЛСД и псилоцибин быстро возвратятся на передний край медицинской психологии – туда, где они и находились ровно 50 годов назад.
1. www.emmasofia.org
2. jop.sagepub.com
3. jop.sagepub.com
4. См. подробнее на сайте Центра нейропсихофармакологии Имперского института Лондона www1.imperial.ac.uk
Психологи реабилитируют ЛСД Мы недооцениваем выгоду, которую могут принести галлюциногенные препараты, и преувеличиваем их опасность для психики и здоровья. Что изменяется сейчас в нашем отношении к сиим веществам? Юрий Зубцов «Употребление галлюциногенных препаратов не оказывает негативного воздействия на психическое здоровье», – таков основной вывод самого масштабного за почти все годы исследования на эту острую тему. Психологи Университета Трондхейма(Норвегия)Пол-Еран Йохансен(Pal-?rjan Johansen)и Тери Кребс(Teri Suzanne Krebs)выучили данные о здоровье 130 тыщ взрослых американцев, 19 тыщ из которых употребляли в различное время так именуемые «психоделические» препараты, включая ЛСД и псилоцибин – активное вещество, содержащееся в «волшебных грибах». И не отыскали никакой связи меж их употреблением и состоянием психического здоровья(1). Впервые на настолько широком мат-ле доказано то, о чем издавна разговаривают почти все психологи во всем мире: опасность психоделиков для здоровья сильно преувеличена. Что, вообщем, не значит, что их необходимо вполне вывести из-под запрета и бесконтрольно употреблять всем подряд. Обостренное восприятие ЛСД(диэтиламид d-лизергиновой кислоты)в первый разов синтезировал в 1938 году швейцарский химик Альберт Хофман(Albert Hofmann). Он же в 1958 году первым получил незапятнанный псилоцибин. Эти и схожие им вещества оказывают кратковременное, но мощное действие на психику. Не вызывая привыкания, они способны провоцировать обострение восприятия цветов, ароматов и вкусов, искажение пропорций окружающих предметов, чувство замедления или ускорения хода медли, «растворения себя в пространстве» и галлюцинации. Вот, к примеру, как обрисовал действие ЛСД Станислав Гроф, которого конкретно опыты с психоделиками подтолкнули к исследованию модифицированных состояний сознания, а потом и к творению способа холотропного дыхания: «Вдруг я ощутил, что вылетел из собственного тела, как словно мое сознание улетело прямо в космос, через галактики и темные дыры, все более расширяясь. Мне казалось, что я соеденился воедино со всем сущим, оказался снутри физической Вселенной. Я ощутил эмоции таковой силы, которую до этого не мог себе представить. Затем мое сознание вроде бы «сузилось», покружилось вокруг моего тела и, в конце концов, возвратилось в него». Некоторое время даже числилось, что эффекты, вызываемые ЛСД, имеют ту же природу, что и нарушения психики вследствие шизофрении, и вещество может употребляться для понимания обстоятельств хвори и полного ее исцеления. Гипотеза на подтвердилась, но психоделики продолжали вызывать самый пристальный энтузиазм ученых. С конца 1940-х и до середины 1960-х годов в академических научных журнальчиках было опубликовано более тыщи статей, исследовавших эффекты приема ЛСД на базе экспериментов с ролью в общей трудности 40 тыщ человек. И результаты этих исследований дозволяли почти всем влиятельным психологам созидать в психоделиках ежели не панацею, то суровое подспорье в борьбе со почти всеми психическими неуввязками. Часть контркультуры Однако сначала 1970-х внедрение психоделических препаратов было фактически вполне воспрещено. Популярность ЛСД и сходственных веществ привела к их прыткому распространению и массовому бесконтрольному употреблению. Нередки были ситуации, когда человек, к примеру, ощутив себя опосля приема ЛСД птицей, вылетал в окно с 10 этажа. Но почти все исследователи считают, что дело не совсем лишь и даже не столько в этом. Психоделики были главной долею той молодежной контркультуры 60-х, которая породила сильные социальные протесты и всерьез грозила незыблемости власти во почти всех развитых странах. И, выводя психоделики за рамки закона, власть объявляла преступными и сами протесты. Такой точки зрения держится, к примеру знаменитый психолог и философ Клаудио Наранхо(Claudio Naranjo): «Война, объявленная наркотикам, была частично методом дискредитировать восстающую молодежь. Но этот же ЛСД, к примеру, возник как лечебный продукт, внедрение которого раскрывало новейшие горизонты в психотерапии. Злоупотребления наркотиками, вправду имевшие место в 1960-е годы, были, мне кажется, вызваны тем, что на Западе не было культуры их потребления, не было верховодил и легальных каналов их получения. Мне как разов виделось бы чрезвычайно занимательным творение школы, где психотерапевты обучались бы у тех же краснокожих использованию разных веществ с целью внедрения их в терапии». Вне закона Так или по другому, психоделики были объявлены вне закона и воспрещены во множистве государств. Конвенция ООН по психотропным веществам 1971 года включила их в так именуемый Список-1, куда отнесены более опасные препараты. Интересно, что таковой наркотик как героин попал при всем этом в более «мягкий» Список-2. Исследования психоделических препаратов и опыты с ними оказались фактически невероятны. Они или воспрещены вообщем или требуют титанических усилий по получению всех мыслимых разрешений и согласий. Эта бюрократическая борьба может занимать годы, и ученым просто жалко расходовать на нее время и силы. Тем не наименее исследователи-энтузиасты продолжают борьбу за реабилитацию психоделиков. Уже упомянутые Пол-Еран Йохансен и Тери Кребс в 2012 году выпустили статью о использовании ЛСД в лечении алкоголизма(2). А ученые Университета Джона Хопкинса(США)применили псилоцибин в борьбе с никотиновой зависимостью(3). И через год опосля проведенного ними курса исцеления 80 процентов соучастников исследования продолжали удерживаться от курения. Показатель умопомрачительный, ежели учитывать, что для имеющихся сейчас антиникотиновых препаратов и 35 процентов числятся чрезвычайно высочайшим результатом. Кому они могут посодействовать? Борьба с зависимостями – далековато не единственная область вероятного внедрения психоделиков. Есть доказательства их действенного внедрения в качестве антидепрессантов. Британские исследователи Дэвид Натт(David Nutt)и Робин Кархарт-Харрис(Robin Carhart-Harris)теснее проявили с поддержкою магнитно-резонансной томографии, что прием псилоцибина активирует в мозге фактически те же области, что и самые современные лекарства против депрессии. В этом году Натт и Кархарт-Харрис запускают клиническое исследование, в рамках которого псилоцибин будет применен для борьбы с депрессией у пациентов, которым не удалось посодействовать иными продуктами(4). Спектр исследований мог бы быть веско шире – ежели бы не препятствия, о которых теснее сказано. Возможно, результаты Пола-Ерана Йохансена и Тери Кребс подтолкнут сообщество к пересмотру собственной точки зрения на психоделики. Тем более что либерализация дела к так именуемым «легким наркотикам» в заключительные годы налицо: к примеру, теснее в 20 штатах США сейчас разрешено употребление марихуаны «в мед целях». И нельзя исключать, что ЛСД и псилоцибин быстро возвратятся на передний край медицинской психологии – туда, где они и находились ровно 50 годов назад. 1. www.emmasofia.org 2. jop.sagepub.com 3. jop.sagepub.com 4. См. подробнее на сайте Центра нейропсихофармакологии Имперского института Лондона www1.imperial.ac.uk
