Ровно месяц назад ушел из жизни один из самых смышленых писателей наших дней — Терри Пратчетт. Даже стоя на краю могилы, куда его подталкивала хворь Альцгеймера, Праттчет продолжал шутить над своим недугом. «Прошли слухи, словно я отыскал господа, это не так. Сейчас я не могу отыскать даже свои ключи», — произнес он в одном из собственных предсмертных интервью. Создатель книжек о Плоском мире был недругом плоского юмора, в чем просто убедиться из этих цитат.
— Быстрее, ты обязан пойти со мной. Ты в великий угрозы!
— Почему?
— Потому что, ежели ты не пойдешь, я тебя убью.
— Мы забрели в зону с мощным волшебным индексом, — объяснил он, — Когда-то издавна здесь образовалось сильное волшебное поле.
— Вот конкретно, — произнес проходящий мимо кустик.
Если преступность неминуема, то пусть она желая бы будет организованной.
Котам идет предоставлять краткие имена, которые не постыдно выкрикивать по ночам на всю округу.
— Но ведь есть большие дела, за которые стоит дать жизнь.
— Нет, нет таковых дел!Потому что жизнь у тебя одна, а больших дел как собак нерезаных.
— О боги, да как можнож жить с таковой философией?
— Долго!
Из трусов получаются еще лучшие стратеги.
— Я плавать не умею.
— Что, вообщем нисколько не проплывешь?
— Как ты мыслишь, какая здесь глубина?Примерно?
— По-моему, около дюжины фатомов.
— Тогда, наверняка, проплыву около дюжины фатомов.
Эксперты по установлению контактов с пришельцами с иных планет... Люди еще не видели ни 1-го такового пришельца, но у их теснее есть специалисты по контактам с ими.
Библиотекарь поглядел на него взором, который традиционно приберегают для жителей нашей планеты, задающих вопросцы типа: «Что отвратительного в геноциде?»
«На то Божья воля» — взрослый вариант ребяческого «потому что потому».
— А мне постоянно даруют ароматические соли, — посетовал Шноббс. — А еще мыло, пену, различные травяные настои и тонны всякой ерунды для ванной. Никак не возьму в толк почему, ведь я ж практически никогда не моюсь. Я уж и так намекал, и так, но все одинаково даруют и даруют, даруют и даруют... Некоторые люди такие тупые.
— Интересно,есть ли что-нибудь съедобное в этом лесу?
— Да, — неясно ответил Ринсвинд, — Мы.
Он ошибался, в конце туннеля все-же был свет. И его источником являлся огнемет.
Да, воистину лишь в сновидениях мы обретаем настоящую свободу. Все остальное время мы на кого-либо работаем.
— Мир дому сему, — халатно бросила матушка.
С этих слов колдуньи традиционно начинают все свои знакомства. Крайне успешная фраза — она сходу принуждает жителей нашей планеты задуматься, а что еще эта дама может пожелать сему дому.
Один шанс из миллиона выпадает девять разов из 10.
Роскошные усы, длинноватые бакенбарды и вздыбленная темная прическа — все это в сочетании с превосходно развитой мускулатурой творило воспоминание, что перед вами или пират, или романтичный поэт, который завязал с опиумом и перешел на сырое мясо.
У местных богов была дурная повадка ходить по домам атеистов и колотить стекла.
— Стой здесь. Если там не опасно, я свистну.
— А ежели опасно?
— Завоплю.
В мире есть два типа жителей нашей планеты. Одни, увидев заполненный наполовину стакан, разговаривают: он наполовину полон. Другие разговаривают: он наполовину пуст. Но на самом деле, мир принадлежит тем, кто, взглянув на стакан, заявляет: «А что это здесь?Извините?Извините?Это мой стакан?Я так не мыслю. Мой стакан был полон до краев!И он был еще больше!»
Нравится