Основы кляузологии: 12 самых громких дел об оскорблении и унижении

Быть униженным и оскорбленным время от времени очень полезно. Мы собрали самые любознательные дела о диффамации — оскорблении, смываемом лишь средствами.

В заключительнее время вокруг развелось невозможное количество обиженных жителей нашей планеты, которые готовы свыкнуться с печальным своим положением лишь опосля существенного финансирования. Дела о оскорблениях, клевете, диффамациях и прочем святотатстве наполняют судебные залы. Даже нам, благонравнейшему из изданий, нет-нет да и приходится тащиться на еще одно судилище, чтобы доказывать там, что мы поставили в номер, к примеру, фотографию дохлого жирафа без всяких задних идей, а исключительно в целях просвещения народонаселения.

И, видимо, лучше в ближайшее время не будет. Наоборот, есть недоверие, что, воспользовавшись волшебной возможностью Интернета соединять жителей нашей планеты, обиженные выучатся так проворно группироваться в сплоченные и снабженные превосходными адвокатами своры, что всем остальным придется приобретать себе много-много лейкопластыря — рты заклеивать. Впрочем, не сильно поможет: сообразно юридической норме, жесты и телодвижения тоже могут быть сочтены оскорблением.

С одной стороны, за оскорбление приватного личика в тюрьму пока не сажают. С другой стороны, ежели обиженный будет требовать, что его оскорбили не попросту так, а при этом возбуждали «ненависть или вражду, а также унижали достоинство жителя нашей планеты или группы лиц по признакам пола, расы, национальности, языка, происхождения, дела к религии, а равно принадлежности к какой-либо социальной группе, при этом оскорбили на публике или с использованием средств массовой информации», то все очень грустно. Согласно закону 282 УК РФ, это наказывается «штрафом в размере от 100 тыщ до трехсот тыщ рублей или в размере заработной платы или другого заработка осужденного за период от 1-го года до 2-ух лет, или лишением права занимать определенные должности или заниматься предопределенной деятельностью на срок до 3-х лет, или обязательными работами на срок до 100 восьмидесяти часов, или исправительными работами на срок до 1-го года, или лишением свободы на срок до 2-ух лет». Вот унизишь ты достоинство какого-либо гада по признакам принадлежности его к социальной группе «дебилы» — и все. В общем, пластырь, пластырь и еще разов пластырь.

В конце V века нашей эпохи «Салическая правда» — 1-ый уголовный кодекс старых франков — содержала перечень вергельдов ( штрафов), которые надеялось выплачивать за оскорбления. Чтобы не творить неурядицы, в «Правде» были точно указаны слова, которые надлежало считать огорчительными. Их не так и много: «урод», «волк», «лжец», «заяц»... За такое жуткое оскорбление выплачивать надеялось три солида ( для сопоставления: за убийство вольного жителя нашей планеты — 200 солидов). Так что был бы ты, скажем, старым франком, то вполне мог бы обойтись и без «зайцев». Обзывай соседей «красавцами крокодилами», к примеру, и тебе ничего не угрожало бы ( желая, ежели «крокодилы» скинулись бы на двести солидов, они могли бы решить вопросец с тобой иным законным салическим методом). А вот в «Русской правде», написанной не то в Киеве, не то в Новгороде 500 лет спустя, понятия «оскорб­ление» еще не было. То есть было, но к нему относились лишь различные события руками, ногами и подручными предметами. Скажем, побить жителя нашей планеты поленом — это да, это оскорбление, а что уж ты при этом разговаривал, никого не интересовало. И еще несколько веков пригодилось нашим предкам, чтоб поправить это досадное упущение. Первое упоминание о нежелательности словесных оскорблений встречается лишь в «Судебнике» ( добавление 1552 года):

«...чтоб православнии христиане, от малюсенька и до велика, именованием Божиим во лжу не зарекались, и накриве креста не целовали, и иными неподобными присягами не зарекались и матерны бы не бранились, и отцем и матерью гадкими речми друг дружку не корили, и всякими неподобными речми гадкими друг дружку не укоряли». Но и то никакое наказание за это не надеялось — так, замечание для общего сведения.

Одно из самых больших воздаяний за диффамацию получила совершенно не так давно россиянка Светлана Лохова. В начале апреля она растрясла английский кабинет «Сбербанк КИБ» на 3,1 миллиона фунтов. Светлану огорчали коллеги, необыкновенно начальник Дэвид Лонгмуир. Они дразнили ее «чокнутой» и «мисс Кокаин»(Crazy Miss Cokehead). Светлана достигнула в суде признания того, что наркотики она не употребляла, сумасшедшей до этих шуток не была, а вот развлечение коллег как разов довело ее до сердитого срыва ( справка прилагается), опосля чего же она была принуждена уволиться с высокооплачиваемой работы. Репутация ее, выпускницы Кембриджа, навеки порушена, потому что с таким анамнезом ни в один означаемый банк мисс Лохову больше не возьмут. Так что жизнь ее лежит в руинах, но 3 миллиона фунтов ее немножко утешат. И суд согласился с тем, что Сбербанку надлежит как надобно вывернуть кармашки.

Впрочем, Сбербанку еще подфартило. Куда меньше посчастливилось сорока двум еврейским детям, которые в недобрый час решили похохотать над пророком Елисеем, который брел мимо их. Как утверждает Библия, эти молодые диффаматоры стали хихикать над лысиной пророка и кричать ему: «Иди, плешивый!Иди, плешивый!» ( 4 Цар. 2:23-24). Божий трибунал случился незамедлительно: из леса вышли две медведицы и оставили от сорока 2-ух детей лишь кучки растерзанной плоти. Как мы знаем, Иегова никаких исправработ не признает, а предпочитает решать дела кардинально.

Самое великое воздаяние за безуспешный коммент в Интернете пока оплачено англичанином Джейсоном Пейджем. В феврале этого года Высокий трибунал Великобритании отдал приказ ему выплатить практически 90 тысяч долларов южноамериканскому юристу Тимоти Басси. У Басси был профиль на Google Maps, и три года назад в этом профиле неизвестный тролль написал: «Сей мешок с дерьмом выплачивает за липовые положительные отзывы, а сам проигрывает 80% дел». Ну, одно дело как минимум Басси точно не проиграл. Он достигнул от «Гугла» раскрытия данных тролля, а когда узнал, что тот британец, не поленился обратиться в британский трибунал и таки вырвал из Пейджа солидный шмат зеленоватого шуршащего сала.

В 2009 году КПРФ решила провернуть занимательную финансовую операцию. При поддержке партии было сотворено общероссийское патриотическое движение «Поколение Победы», которое планировало как-нибудь начать беспокоиться о ветеранах, но сперва кинулось подавать в суд на журналиста Александра Подрабинека и на Парламентскую ассамблею Организации по сохранности и сотрудничеству в Европе. Незадолго ранее ассамблея приняла решение признать Сталина одним из виновников развязывания Второй мировой войны ( генералиссимусу припомнили раздел Польши), а журналист в статье признал это решение мудрым. «Поколение Победы» решило вытрясти из Евросоюза и Подрабинека аж 27 триллионов баксов — по миллиону за каждого русского бойца, погибшего во время войны и оскорбленного таковым решением. Впрочем, судьба иска на самую великую в мировой юридической практике сумму оказалась грустна: «Поколение Победы» не сладило с организационными вопросцами и потихоньку развалилось. Прецедента не вышло.

Учитывая, что рядовая сумма штрафа за оскорбление в России не превосходит 1–3 тысяч рублей, мы обязаны признать, что, видимо, чем-то очень не приглянулся судье депутат петербургского Законодательного собрания Виталий Милонов ( да-да, тот самый, который Мадонну воспрещал, Дарвина из школ убрать просит и по гей-клубам рейды православной нравственности проводит). Милонову пришлось оплатить аж 25 тысяч рублей за то, что он в частной беседе обозвал главу Центра экспертиз «ЭКОМ» Александра Карпова «гадом и жуком». Карпов зарубил главный для Милонова чертеж по натыкиванию храмов в каждый питерский двор, вот депутат и высказался о нем в сердцах. Но высказался он в присутствии журналиста, а тот написал про это статью. Вспомнив, что в России большая часть жителей нашей планеты, попавших на штрафы за оскорбления, употребляли в своих речах не «жука» и «гада», а тоже коротенькие, но совершенно иные слова, мы можем лишь гадать, что такового Милонов наделал в суде, что с ним так обошлись. Может быть, очередной приступ незапланированного гееборства или какого демона на судейской мантии узрел?

Хуже всего обижать не обычных жителей нашей планеты, а очень необыкновенных. Вот в Таиланде в 2013 году на четыре с половиной года сел в тюрьму Нут Рунгвонг, редактор сайта Thai E-News, разместивший на сайте статью, в которой несколько непочтительно говорилось о тайском короле. Журналист, написавший текст, успел убежать в Великобританию, и редактору пришлось одному отвечать за оскорбление короны. Вообще, в Таиланде очень не необходимо не то что разговаривать огорчительные вещи для короля, но даже проявлять неуважение к его портретам — к примеру, живописать на их. Оскорбление короля и членов его семьи в этой великолепной стране карается тюрьмой на срок от 3 до 15 лет.

Оскорбление правителей и прочих падишахов во практически всех культурах длинно числилось худшим из богохульств, даже с богами традиционно было попроще. Одними из самых ожесточенных законов о оскорблении величества были российские уложения. «Поносные слова» на сударя с конца XVI и чуть не до середины XVIII века карались гибелью, и только гибелью. Известен лишь один вариант, когда «поносника» помиловали. Относительно, окончательно. Некто Прошка Козюлин в Переяславле-Рязанском в 1664 году, отбывая наказание за кражу, болтал с сокамерниками и в шутку именовал 1-го из их царем — мол, важничает тот с сокамерниками, аки король. Обозвать царем какого-то ничтожного татя — означало оскорбить королевский престол. Охранникам безотлагательно донесли о этом безобразии, и господина Козюлина ждало безотлагательное лишение головы и прочих выступающих долей тела, но делом заинтересовался сам король Алексей Михайлович Тишайший. Он-то и помиловал Прошку, повелев вырезать дураку язык, а более ничего отвратительного над Прошкой не делать. Добрый король потому что был.

И разов уж зашла у нас речь о оскорблении правителей, то нельзя не вспомнить знаменитый смешной рассказ с императрицей Елизаветой и канцлером Бестужевым-Рюминым. Когда императрица сочла, что канцлер уж очень самовольничает в государстве(о чем ей нашептали благие люди), она, не длинно мысля, отдала приказ его безотлагательно арестовать, а потом обыскать его дом и пересмотреть все бумаги: уж наверное у старого лукавца найдется много всякой крамолы, опасных писем, а то и признаний в лихоимстве. Скажем так: Алексей Петрович не был безвинным ангелом. Но он был разумным неневинным неангелом, потому дознаватели не отыскали ни единичного клочка бумаги, который содержал бы хоть что-то компрометирующее канцлера. А век на дворе был теснее глубочайший восемнадцатый, так просто высших дворян на пики подымать было не принято, потому Елизавета отколола последующий кунштюк: ей-де, монархине-самодержице, не пристало ничего никому подтверждать, а посему отправляется Бестужев в ссылку на том основании, что он королеву оскорбил, а чем — о том ему самому ведомо, и не о чем здесь дознаваться. Впрочем, через пару лет, сходу опосля погибели Елизаветы, ее невестка Екатерина безотлагательно возвращала старого благого Алексея Петровича во дворец, и он напоследок еще как надобно накрутил хвостов своим недругам и недоброжелателям.

Времена изменяются, и сегодня в демократических странах правители — президенты и премьер-министры — стали практически единственными, кого гарантированно можнож обижать безнаказанно. Это воспринимается необыкновенным налогом на власть. Хочешь править людьми?ОК, тогда вытерпи, что твоими кривыми ликами в виньетках из матерщины будут украшены все помойки. Вот жителей нашей планеты униженных и оскорбленных самой жизнью трогать нельзя, а ты король, ты игнорируй. В результате сейчас мы имеем занимательный феномен: Барак Обама — 1-ый за много лет президент США, карикатуры с которым вызывают всенародные дискуссии на тему их этичности. Так, к примеру, в 2009 году газета New York Post нарвалась на один из огромнейших скандалов в своей истории, поставив в номер карикатуру Шона Делонаса. Карикатура сводила воедино две темы: а)план действенной экономики, о котором безгранично талдычили в администрации Обамы и б)убийство полицейскими Коннектикута ручного шимпанзе, который приревновал хозяйку к ее зашедшей в гости подруге и страшно изувечил пожилую даму. На карикатуре изображена мертвая мортышка и двое полицейских, один из которых разговаривает: «Для разработки последующего плана стимулирования экономики придется отыскивать кого-либо другого».

Учитывая, что в Штатах президентов свободно живописуют во всех анималистических видах ( и ослами, и слонами, и обезьянами, и скунсами), казалось бы, эта карикатура — одна из миллионов — не могла никого особо заинтриговать. Но президент Обама — чернокожий, и именно в его случае мортышка оказалась недопустимой. Страсти бурлили нешуточные, редакторы и карикатуристы страшно-страшно оправдывались, и с тех пор президента Обаму стараются живописать в карикатурах очень и очень щепетильно. И чтобы никаких животных!

Раньше было опасно огорчать мощных, сейчас — слабеньких. Причем оскорбления могут возникать дословно на порожнем месте. Например, искренне изумилась администрация школы Park Forest ( Луизиана, США), получив в 2006 году повестку в суд по иску одной из мамочек. Она оговаривала школу в оскорблении ее малыша: опосля серии контрольных учительница прочитала классу отметки, а у сына истицы оказались непрерывные F, то есть двойки. Ребенок, природно, оскорблен и унижен, а маме безотлагательно необходимо много средств на успокоительное мороженое. Теперь в школе, ставшей осмотрительнее на 10 000 долларов, категорически воспрещено разглашать оценки, в том числе и ученикам, потому что криком «Ура, у меня пятерка!» можнож поселить боль и уныние в сердца окружающих, получивших иные баллы.

Глава Федерации тенниса России Шамиль Тарпищев в прошлом году на собственном опыте удостоверился в истинности известного поучения Козьмы Пруткова: «Не шутите с женщинами, эти шуточки неразумны и неприличны!» Находясь на передаче Ивана Урганта, Шамиль именовал известных теннисисток, сестер Серену и Винус Уильямс, «братьями Уильямс». В результате он был обвинен в расизме, сексизме и еще во обилье каких-либо иных «измов». Женская теннисная ассоциация отстранила Тарпищева на год от работы, а еще ему пришлось заплатить 25 тысяч баксов штрафа. Хотя что такового криминального он произнес?Ну именовал сестер братьями, подумаешь!Вот ежели бы он именовал их...

Когда тебя в последующий разов оскорбят, умей верно найти, к какому виду относятся эти огорчительные слова. Тем наиболее что цены на их различные.

См. закон 282 УК РФ. Если
ты сумеешь доказать, что тебя обозвали свиньей или,
скажем, удодом не попросту
так, а намекая на твою религиозную, половую и социальную принадлежность, ежели
тебя оскорбили из-за выполнения тобой служебных повинностей и у тебя есть очевидцы, готовые это подтвердить, то здесь нравственный вред
может возмещаться суммой
уже ощутимой — в несколько
десятков, а то и сотен тыщ
рублей.

Просто ругательство без особенного смысла. Матерщина и все
прочее. Если дело происходит
на улице — вообщем без шансов;
если тебя оскорбили в присутственном месте, при очевидцах, другими словами возможность что-то
получить. Но малюсенько — от 500 до
300О рублей. И желанно, чтоб, обижая, тебя при всем этом
пнули или дали тебе подзатыльник: в вязке с побоями больше шансов хоть на какое-то
возмещение.

Если про тебя были на публике
распространены порочащие сведения, при всем этом распространявший достоверно знал, что лжет,
а тебе эта клевета испортила,
можно теснее уверенно готовить
мешочек для средств: 10-ки
и сотки тыщ полностью настоящи.

Если ты сумеешь доказать, что
тебя не совершенно лишь на публике и всенародно обидели, но и попортили
тебе бизнес репутацию, сорвали
сделку, снизили рейтинг твоего
банка лживыми статьями и т. д.,
тут счет следует теснее на миллионы.

Пока у нас есть всего два типа эмоций, особо оберегаемых
государством и судами: религиозные и патриотические.
Все остальные чувства признаны
второ сортными, особенного энтузиазма не представляющими, охраны не требующими.
Тут штрафы нередко посещают низкими, а вот сроки могут
оказаться полностью настоящими.
«Двушечка» еще не худший вариант из вероятных.