«Мы сходили и покупали три бутылки вина,
но чрезвычайно быстро мы опьянели и их до дна»
Ровно 60 годов назад родился изобретатель российского блюза, фаворит «Зоопарка», большой песенник Майк Науменко(1955-1991). Он был единственным русским рокером, для которого рок музыка и рок образ жизни были по-настоящему неразделимы. Майк был обычным русским битником, странствовавшим автостопом по дороге в никуда с гитарой под мышкой, — лишь свое сознание он расширял не травкой и колесами, а портвейном «Кавказ» под плавленый сырок «Дружба».
Михаил Науменко родился в семье питерских интеллигентов, каковым был и сам — не главно, в тулупе охранника либо смирительной рубашке вытрезвителя. Курехин разговаривал: «Единственное, что могло отвлечь Мишу от стакана, были новейшие пластинки и свежие номера рок-журналов». Он читал их запоем, так же как и пил. Так что песня «Я сижу в сортире, читаю «Роллинг Стоун», что величается, базирована на настоящих событиях. Еще в школе музыкант сделал собственный эстетический и житейский выбор: правдивый лирический блюз, «портваген» и родной питерский «Беломор» — таковой набор был для Майка полностью достаточным.
Его сотрудниками по питию был фактически все более-менее знаменитые рокеры страны. Застолья перерастали в квартирники(единый, по сути, наш уникальный вклад в мировую копилку рока), но почаще напротив: подпольные концерты перетекали в опьяненный беспредел с «махачем» и милицией. Как в череде безграничных агдамовых ночей он умудрялся придумывать свои болезненные шедевры, было загадкой даже для недалёких приятелей.
Алкогольная активность на очах разрушала российского Лу Рида: некогда собиравший полные ДК при поддержки кривого, написанного от руки объявления, к концу 80-х Майк замкнулся в собственных песнях в компании со стаканом. «Мало кто осмысливал, что Майк был настоящей звездой. Его необходимо было встречать в аэропорту и возить на лимузине, а ему в лучшем случае подносили опохмелиться», — разговаривал о собственном приятеле БГ. Смерть рок-звезды до сих пор окружена скрытой. Оставшись опосля свары с супругой Наташей один в своей квартире, Майк пил несколько дней со случайными людьми. На некоторый день пьянки певец посетовал соседям на головную боль, а через несколько часов его нашли мертвым в своей кровати. Причиной была признана черепномозговая травма, а вскрытие не проводилось. По законам жанра из квартиры пропали записанные за заключительные полгода песни. Они и по этот день не найдены.
Гений против потребления
1974-1977
После окончания школы Майк устраивается охранником заброшенного арматурного завода и играет на танцах каверы «роллингов», Боба Дилана и Марка Болана. Каждое выступление кончается сейшеном, а на ночные посиделки в его сторожку с «пузырями» заходит БГ, с которым они организуют общий чертеж «Союз любителей музыки рок» — его соучастники не допускались на репетиции без бутылки.
1978-1980
Записывает с БГ на берегу Финского залива акустический шедевр «Все братья — сестры»; собирает «Зоопарк» и записывает дебют группы, куда вошли суперхиты «Буги-вуги каждый день», «Ром и кока-кола» и «Моя сладостная N». Во время записи Майк хвалился новеньким гитарным кофром, куда входило 18 бутылок портвейна либо 22 — водки.
1981-1984
Вступает в Ленинградский рок-клуб. Приучает к портвейну Виктора Цоя. Пропивает все заработанные средства, умудряясь расходовать на пищу не наиболее 3-х рублей в недельку — остальное следует на выпивку. Записывает один из лучших собственных альбомов «Вчера и позавчера... в уездном городке N» с хитами «Дрянь» и «Пригород-ный блюз». Продюсер Андрей Тропилло дословно силой затаскивает Майка и музыкантов в студию для работы над «Белой полосой» — заключительным альбомом «Зоопарка». Чтобы музыканты не выходили из студии не исчезали на недельку, Майк сам бежит в магазин. По окончании работы уходит в запой, а группа распадается.
1985-1988
Неожиданно понижает дозы, реанимирует «Зоопарк» и начинает активную концертную деятельность. В течение 3-х лет «Зоопарк» — гастролирующие монстры российского рока; в технический райдер чудовищ на полном серьезе входит портвейн.
1989-1991
Все почаще приключаются приступы белоснежной горячки, на концертах певец запамятывает слова и аккорды, падает со сцены. Попытка Андрея Тропилло затащить музыкантов в студию терпит крах.
14 марта 91-го
он заключительный разов возникает на сцене — на юбилее «Аквариума». 30 августа опосля недельного запоя Майка отыскали мертвым в его квартире.
Собутыльники
Константин Кинчев
«Мы зависали на флэту у каких-либо малознакомых жителей нашей планеты с ополовиненным ящиком «Агдама». Кто-то из гостей затянул под гитару «Ты дрянь». Неожиданно из соседней комнаты выскочил пробудившийся Майк в семейных трусах, темных очках и с потухшей беломориной во рту: «Обосрать можнож все, что угодно!Ну хорошо, налейте!»
Джоанна Стингрей
«За ночь мы опьянели всю водку, что принес Миша, и весь мой бар. Под утро он уговорил меня открыть бутылку коллекционного виски, которую я привезла в подарок. «Так не годится», — внезапно произнес Майк, нетвердой походкой вышел на улицу и возвратился с 3-мя жуткими зеленоватыми яблоками размером с грецкий орешек. «На закуску!»
Борис Гребенщиков
«На юбилее «Аквариума» перед концертом мы опьянели всего ничего, но Майк сбивал микрофоны, забывал тексты, не попадал по струнам и вообщем ронял гитару. Народ в зале давал подсказку ему слова и сопровождал овацией. Как выяснилось, у него шла 2-ая неделя»(А. Кушнир. сто магнитоальбомов российского рока).
Нравится