Как сдают ОГЭ и поступают в колледжи дети из детских домов - «Образование» » Я "Женщина" - Я "Всё могу".

  • 04-дек-2018, 00:00

Как сдают ОГЭ и поступают в колледжи дети из детских домов - «Образование»

Как я пронес телефон на ОГЭ по математикеКак поступить в колледж ребенку из детского домаВ педагогическом колледже

С рождения и до 15 лет Гоша прожил в детском доме. Научился курить, пить, воровать, рано начал половую жизнь, но прошел почти мимо школьной программы. При этом развил потрясающую эмпатию, а как он пишет — зачитаешься. "Меня зовут Гоша. История сироты" — книжка, которая вышла благодаря приемной маме Георгия Гынжу и руководителю фонда "Арифметика добра" Диане Машковой и уже обсуждается всеми, не только людьми, имеющими отношение к детским домам. Публикуем отрывок из книги.



И вот пришло время экзаменов. ОГЭ сдавать я шел, кстати, спокойно. Вообще не переживал. Накануне первого экзамена решил, что надо нагуляться хорошенько, столько побыть на улице, чтобы прийти домой и сразу уснуть. Чтобы даже намека на волнение не было и дурные мысли не лезли.



В педагогическом колледже


Я пришел в колледж первого сентября весь такой деловой. Страшно собой гордился! Меня Денис в тот день прямо до колледжа подвез — они с Дианой боялись, что я, как всегда, где-нибудь заблужусь и опоздаю. И вот я пришел такой, на понтах, с кофе в бумажном стаканчике. А мне на входе охранник сразу:


— Ты чего с кофе пришел? Выкидывай стаканчик.


— Окай.


Выкинул. А сам думаю: "Нормально, теплый прием". А потом еще выяснилось, что меня не смогли определить ни в какую группу. И в списках меня нет.


— У тебя как фамилия? — спрашивает охранник.


— Гынжу.


— Г-г-г-г, — он начал все списки просматривать, которые у него там лежали, — нету Гынжу.


— Как это нет?! — я обалдел. Сам же с Дианой ходил в МПГУ, все документы мы туда сдали, договор подписали. Должен я быть!


— А, вот где ты есть, — он посмотрел в другие списки, — только в группе никакой не состоишь.


Он позвал кого-то из административного блока, пришла тетка, стала думать, куда меня определить.


— Ну что, давай его в десятую, — говорит.


Я, такой, стою, нервничаю: "Какая это десятая? Что там за люди?".


— Все нормально, — охранник меня наконец пропустил, — иди в свой кабинет.


Я поднимаюсь и еще в коридоре слышу девчачьи голоса, смех. Захожу, там сидит Наталья Александровна — наш куратор, — со списками разбирается. Она мне сразу понравилась. Типа веселушка такая, молодушка. Все время улыбается. Приятная такая.


Потом все собрались, и мы вышли на экскурсию по колледжу. Я, как всегда, по обычной схеме — выбрал самых, на мой взгляд, девочек-тихонь. С ними поразговаривал. Повеселился.


Обошли мы колледж, вернулись в кабинет, и только тут я понял, что я здесь реально один-единственный пацан. Тридцать девчат, и один я! И я думаю: "Уау, шикаперно! Надо вот с этими и вот с теми подружиться. А еще вон с той".


Глаза разбегались. Сидел, выбирал самых симпатичных. А про себя думал: "Ну и как мне сразу с вами со всеми быть? Вдруг я начну мутить с одной, но другой понравлюсь, а третья в меня влюбится? Что я делать-то буду? Реально сложненько". В голове уже рисовались всякие там схемы. Но с этим я поспешил. Девочки у нас в группе оказались серьезные.


Правда, как они потом мне признались, на первой встрече они обо мне подумали, что я голубой. У меня еще волосы такие с длинной челкой тогда были, ну и сам я парень артистичный, люблю покривляться. В общем, плохо они обо мне подумали! Хотя первое-то впечатление у девочек должно быть о Гошке: "Вах! Вах! Вах!". А не такое.


Потом с кем-то начали дружить, близко общаться, и пошло нормально. Выкинули они эту ерунду из головы. А я старался, конечно, привлечь к себе внимание всеми средствами. И дурачился, и на подоконниках танцевал, и шутки шутил. Какие-то уроки даже срывал — потому что надо, чтобы не на учителя все смотрели, а на меня! На Гошку. Мне было пофиг, что у них там есть какие-такие парни, они должны были обратить сначала внимание на меня! И где-то за месяц я стал душой компании. Уже появился свой круг.


По учебе первый год я перетаптывался, как медведь. Там шла программа 10-11-го класса, и мне было пипец как тяжело. Но я уже знал, что учиться надо, и старался, как мог. Весь первый курс держал себя в ежовых рукавицах, учился. Ни пьянок никаких, ничего такого себе не позволял.


Педагоги с пониманием относились. Да и я сам уже не был таким тупым, как год назад — все-таки за полгода кое-чему научился. Диана сразу же созвонилась с Натальей Александровной, они поговорили, договорились все время быть на связи. И потом Наталья Александровна со всеми преподавателями по моему поводу общалась. Очень помогала мне!


Только физичка никак навстречу не шла. Она была такого маленького роста, настоящая карлица. Гнобила меня по-страшному. И вот я в конце семестра подошел к ней, потому что понимал, что будет двойка. А отчисления из колледжа я бы себе ни за что не простил. И родители бы убили, и мне самому там нравилось. В общем, сдать я не надеялся, поэтому просто решил напрямую просить. Набрался наглости и пришел.


— А можете мне, пожалуйста, поставить тройку?


— Какую еще тройку, Гоша?!


И она вместо того, чтобы что-то мне ответить, завела длинный разговор. Просто ни о чем. Я там чуть не умер слушать ее и кивать. Она рассказывала о своем сыне, о том, что он у нее такой хороший. Он сейчас журналист, ездит во многие страны, пишет статьи.


— А ты, Гоша, разве ничего не хочешь?


— Я хочу быть педагогом, — отвечаю.


— Тогда ты должен стараться!


И опять давай нахваливать мне своего сына, приводить его в пример. Рассказывать всю его жизнь, блин, от рождения. Я сижу, киплю внутри, но стараюсь этого не показывать — киваю, киваю. Меня Денис заранее проинструктировал: что бы физичка ни говорила, кивай и молчи. А на улице уже стемнело, уже восемь часов вечера. И она, такая:


— А вообще, зачем ты пришел-то?


— Можете мне, пожалуйста, поставить три?


— А-а-а, три? — и она взяла зачетку и поставила. Я офигел!


— Спасибо! Спасибо! — взял зачетку и побежал, только пятки сверкали.


А на втором курсе всё стало иначе. Закончилась физика, химия, математика. Начались психология, педагогика, практика с детьми. И я расцвел.


Когда мы проходили практику, я два месяца работал в детском саду. Мне дали старшую группу. Влюбился в них с первого дня, такие они все миленькие! Беззубики. Прямо вот хотелось навсегда с ними остаться. И дети меня тоже полюбили, кидались ко мне каждое утро, обнимали:


— Георгий Васильевич! Георгий Васильевич!


Я с каждым здоровался, мальчикам руки пожимал, и начинался наш рабочий день. Каеф! Так с ними было весело! Правда, первые дни уставал страшно, приходил домой и падал без сил в кровать. А потом ничего, привык. Меня директор после практики даже позвала к ним работать, как только колледж окончу. Посмотрим, может быть, к ним в детский сад и пойду.




Авторская статья


Как я пронес телефон на ОГЭ по математикеКак поступить в колледж ребенку из детского домаВ педагогическом колледже С рождения и до 15 лет Гоша прожил в детском доме. Научился курить, пить, воровать, рано начал половую жизнь, но прошел почти мимо школьной программы. При этом развил потрясающую эмпатию, а как он пишет — зачитаешься. "Меня зовут Гоша. История сироты" — книжка, которая вышла благодаря приемной маме Георгия Гынжу и руководителю фонда "Арифметика добра" Диане Машковой и уже обсуждается всеми, не только людьми, имеющими отношение к детским домам. Публикуем отрывок из книги. И вот пришло время экзаменов. ОГЭ сдавать я шел, кстати, спокойно. Вообще не переживал. Накануне первого экзамена решил, что надо нагуляться хорошенько, столько побыть на улице, чтобы прийти домой и сразу уснуть. Чтобы даже намека на волнение не было и дурные мысли не лезли. В педагогическом колледже Я пришел в колледж первого сентября весь такой деловой. Страшно собой гордился! Меня Денис в тот день прямо до колледжа подвез — они с Дианой боялись, что я, как всегда, где-нибудь заблужусь и опоздаю. И вот я пришел такой, на понтах, с кофе в бумажном стаканчике. А мне на входе охранник сразу: — Ты чего с кофе пришел? Выкидывай стаканчик. — Окай. Выкинул. А сам думаю: "Нормально, теплый прием". А потом еще выяснилось, что меня не смогли определить ни в какую группу. И в списках меня нет. — У тебя как фамилия? — спрашивает охранник. — Гынжу. — Г-г-г-г, — он начал все списки просматривать, которые у него там лежали, — нету Гынжу. — Как это нет?! — я обалдел. Сам же с Дианой ходил в МПГУ, все документы мы туда сдали, договор подписали. Должен я быть! — А, вот где ты есть, — он посмотрел в другие списки, — только в группе никакой не состоишь. Он позвал кого-то из административного блока, пришла тетка, стала думать, куда меня определить. — Ну что, давай его в десятую, — говорит. Я, такой, стою, нервничаю: "Какая это десятая? Что там за люди?". — Все нормально, — охранник меня наконец пропустил, — иди в свой кабинет. Я поднимаюсь и еще в коридоре слышу девчачьи голоса, смех. Захожу, там сидит Наталья Александровна — наш куратор, — со списками разбирается. Она мне сразу понравилась. Типа веселушка такая, молодушка. Все время улыбается. Приятная такая. Потом все собрались, и мы вышли на экскурсию по колледжу. Я, как всегда, по обычной схеме — выбрал самых, на мой взгляд, девочек-тихонь. С ними поразговаривал. Повеселился. Обошли мы колледж, вернулись в кабинет, и только тут я понял, что я здесь реально один-единственный пацан. Тридцать девчат, и один я! И я думаю: "Уау, шикаперно! Надо вот с этими и вот с теми подружиться. А еще вон с той". Глаза разбегались. Сидел, выбирал самых симпатичных. А про себя думал: "Ну и как мне сразу с вами со всеми быть? Вдруг я начну мутить с одной, но другой понравлюсь, а третья в меня влюбится? Что я делать-то буду? Реально сложненько". В голове уже рисовались всякие там схемы. Но с этим я поспешил. Девочки у нас в группе оказались серьезные. Правда, как они потом мне признались, на первой встрече они обо мне подумали, что я голубой. У меня еще волосы такие с длинной челкой тогда были, ну и сам я парень артистичный, люблю покривляться. В общем, плохо они обо мне подумали! Хотя первое-то впечатление у девочек должно быть о Гошке: "Вах! Вах! Вах!". А не такое. Потом с кем-то начали дружить, близко общаться, и пошло нормально. Выкинули они эту ерунду из головы. А я старался, конечно, привлечь к себе внимание всеми средствами. И дурачился, и на подоконниках танцевал, и шутки шутил. Какие-то уроки даже срывал — потому что надо, чтобы не на учителя все смотрели, а на меня! На Гошку. Мне было пофиг, что у них там есть какие-такие парни, они должны были обратить сначала внимание на меня! И где-то за месяц я стал душой компании. Уже появился свой круг. По учебе первый год я перетаптывался, как медведь. Там шла программа 10-11-го класса, и мне было пипец как тяжело. Но я уже знал, что учиться надо, и старался, как мог. Весь первый курс держал себя в ежовых рукавицах, учился. Ни пьянок никаких, ничего такого себе не позволял. Педагоги с пониманием относились. Да и я сам уже не был таким тупым, как год назад — все-таки за полгода кое-чему научился. Диана сразу же созвонилась с Натальей Александровной, они поговорили, договорились все время быть на связи. И потом Наталья Александровна со всеми преподавателями по моему поводу общалась. Очень помогала мне! Только физичка никак навстречу не шла. Она была такого маленького роста, настоящая карлица. Гнобила меня по-страшному. И вот я в конце семестра подошел к ней, потому что понимал, что будет двойка. А отчисления из колледжа я бы себе ни за что не простил. И родители бы убили, и мне самому там нравилось. В общем, сдать я не надеялся, поэтому просто решил напрямую просить. Набрался наглости и пришел. — А можете мне, пожалуйста, поставить тройку? — Какую еще тройку, Гоша?! И она вместо того, чтобы что-то мне ответить, завела длинный разговор. Просто ни о чем. Я там чуть не умер слушать ее и кивать. Она рассказывала о своем сыне, о том, что он у нее такой хороший. Он сейчас журналист, ездит во многие страны, пишет статьи. — А ты, Гоша, разве ничего не хочешь? — Я хочу быть педагогом, — отвечаю. — Тогда ты должен стараться! И опять давай нахваливать мне своего сына, приводить его в пример. Рассказывать всю его жизнь, блин, от рождения. Я сижу, киплю внутри, но стараюсь этого не показывать — киваю, киваю. Меня Денис заранее проинструктировал: что бы физичка ни говорила, кивай и молчи. А на улице уже стемнело, уже восемь часов вечера. И она, такая: — А вообще, зачем ты пришел-то? — Можете мне, пожалуйста, поставить три? — А-а-а, три? — и она взяла зачетку и поставила. Я офигел! — Спасибо! Спасибо! — взял зачетку и побежал, только пятки сверкали. А на втором курсе всё стало иначе. Закончилась физика, химия, математика. Начались психология, педагогика, практика с детьми. И я расцвел. Когда мы проходили практику, я два месяца работал в детском саду. Мне дали старшую группу. Влюбился в них с первого дня, такие они все миленькие! Беззубики. Прямо вот хотелось навсегда с ними остаться. И дети меня тоже полюбили, кидались ко мне каждое утро, обнимали: — Георгий Васильевич! Георгий Васильевич! Я с каждым здоровался, мальчикам руки пожимал, и начинался наш рабочий день. Каеф! Так с ними было весело! Правда, первые дни уставал страшно, приходил домой и падал без сил в кровать. А потом ничего, привык. Меня директор после практики даже позвала к ним работать, как только колледж окончу. Посмотрим, может быть, к ним в детский сад и пойду. Диана Машкова Георгий Гынжу Авторская статья


Мы в Яндекс.Дзен

Похожие новости

Комментарии для сайта Cackle